— У тебя есть рубашка с воротником в дедушкином стиле? — спросила она и наткнулась на непонимающий взгляд. — Ну, ты знаешь, о чем я. Такая, которая застегивается до самой шеи… похожая на те, в которых ходил Неру.

Подойдя опять к гардеробу, он взял рубашку из ткани с грубым переплетением.

— Такая, как эта?

— Отлично.

Довольная Стефани снова повернулась к зеркалу и принялась подводить тушью глаза. Не успела она сосредоточиться, как в зеркале отразилась обнаженная мужская грудь. Рука у нее дернулась, а сердце учащенно забилось.

— Что ты делаешь? — воскликнула она, резко повернувшись к нему.

— Меняю рубашку.

— Но… но… предполагалось, что ты будешь одеваться в ванной.

— Ради бога, Стефф, я меняю рубашку, а не трусы. Как будто ты не видела меня гораздо менее одетым, когда мы ходили под парусом.

Действительно, как она могла тогда не заметить такую впечатляющую грудь?

— Послушай, если это так сильно тебя беспокоит, я отвернусь. — Джой так и сделал. — Лучше?

Стефани подавила стон. Открыть рот значило выдать себя.

— Кстати, — сказал он, надев рубашку, — у тебя черное пятно на правой щеке.

— Я знаю!

— Эй, не стоит на меня набрасываться, я только старался быть полезным.

— Извини. — Она отвернулась к зеркалу и потянулась за салфетками. — Я просто волнуюсь из-за сегодняшнего вечера, вот и все. — Это было наполовину правдой.

— Не волнуйся, у тебя все получится. Единственное, что тебе надо делать, — это повсюду следовать за мной.

— За тобой? — Она рассмеялась. — Ты разбираешься в поведении женатого человека так же, как в монашеском образе жизни.

Она встретилась с ним взглядом в зеркале.

— Да-да, Джой! Ты будешь ориентироваться на мои реплики, или маскарад раскроется через две минуты.