Кто первый?

По комнате пробежал ропот, прервавший ее размышления. Леди Киллрой подалась кому-то навстречу, и при виде черноволосого мужчины с глубокими, как оникс, глазами Каллиопа замерла.

К ней пробирался маркиз Энджелфорд. Он был излишне красив: черные локоны обрамляли патрицианское лицо, богатство и знатность словно окутывали его толстой мантией. Он смотрел прямо на нее, его взгляд омывал ее!

Сердце Каллиопы пропустило несколько ударов, а потом ей пришлось умерять учащенный пульс. Матроны и дебютантки приободрялись, когда Энджелфорд проходил мимо них. Каллиопа переминалась с ноги на ногу, разрываясь между раздражением и предвкушением встречи. Больше, чем самомнение маркиза, ее занимал собственный физический отклик на него.

«Разоблачать титулованных особ, по одной за раз», – прозвучало в ее голове.

Маркиз подошел к их группе и выразил признательность хозяйке, леди Киллрой.

– Мне так приятно, что вы смогли приехать, лорд Энджелфорд, – захлебывалась леди Киллрой. Прибытие Энджелфорда означало полный успех ее бала.

«Титулованных особ – по одной за раз», – подстрекал голос.

– Мы обсуждаем ужасную погоду, милорд, – сказала Сара. – Правда, скверная?

– М-м...да. В прошлый уик-энд пришлось отменить забег лошадей. – От его низкого голоса у Каллиопы по спине побежали мурашки.

Сара хихикнула, за ней – Люсинда Фредерикс, еще одна дебютантка, испытывавшая терпение Каллиопы.

«Титулованных особ – по одной за раз». Голос стал более настойчивым. И тут Каллиопа вступила в разговор:

– Размышляю о ваших неудобствах, милорд, и не могу поверить, как это Эол не приказал ветрам дуть в вашу сторону.

Общество дружно выдохнуло. Внутренний голос растерял былую храбрость и умолк. Каллиопа даже согласилась бы взять назад язвительные слова, но собственный разум не внял ее мольбам.