Патрик между тем продолжил свой обвинительный приговор:

– Он не преминул воспользоваться ситуацией; крошка Дорри, податливая, желающая, чтобы кто-то ею руководил. Но в одном смысле маленькая Дорри уже не была маленькой. Застенчивая, но с телом Афродиты, с мозгом, как губка впитывающим всю интересующую ее информацию. Ты создала его благородный образ на основе этих идиотских дамских романов. – Патрик явно старался снизить уровень агрессивности в своем голосе. – Ну да, он же и выглядел таким благородным… На самом деле отец обманывал тебя, пользуясь твоей наивностью. Твоя молодость была своего рода эликсиром против надвигающегося старческого окоченения.

– Нет, неправда! Это я хотела разделить с ним то время, которое ему еще было отпущено!

– Ну и что, он позволил тебе сделать это? – Патрик иронически усмехнулся: Господи, до чего же она все-таки наивна. – Поверь мне, ты заслуживала лучшей участи, – заключил он просто, без нажима на эмоции. – Кстати, я позволил себе принять одно приглашение, касающееся и тебя. Я было засомневался, но когда понял, что у тебя нет ничего серьезного в отношении Брюса, то успокоился…

В ее душу закралась тревога, когда она попыталась понять, что прячется в глубине бледно-голубых глаз Патрика.

– Что за приглашение?

– Всего-навсего обед в ресторане отеля «Корона», где остановился Брюс.

– Я подумаю, – холодно пообещала Дорис. Но сила ее эмоций немедленно зашкалила бы любой прибор.

– Нечего тебе раздумывать! Любой девушке нужна смена впечатлений. Необходимо сделать перерыв в занятиях… как бы тебе не сломаться от перенапряжения.

– Ничего подобного. Это нормальное состояние любого студента в это время года. А я хочу быть примерной студенткой.

– Ну, да «постарайся для папочки»?

– Нет, для себя самой, – ответила она, встревоженная и даже шокированная насмешкой, прозвучавшей в его голосе.