У неё не было специального маскарадного костюма, но у неё была маска. И при помощи этой маски она намеревалась совершить столько сумасбродств, сколько придет ей в голову.

Она беспрепятственно прошла через парадный вход. Ее поступь была столь благородна и величава, а вид столь таинственен, что никто из прислуги даже не подумал её остановить и спросить у неё пригласительный билет. Более того, едва она оказалась в вестибюле, у неё приняли гавелок и шляпу, проводили в уборную и показали, где находится зал. Впрочем, все это она и так знала.

Бал был уже в самом разгаре. Замаскированные лица мужского, женского, а то и непонятного пола развлекались в полное удовольствие. Громкий смех, топот и музыка сотрясали огромный зал, где происходило это дикое всеобщее веселье.

На этого одиноко стоявшего молодого мужчину, с некоторой небрежностью наблюдавшего за маскарадным весельем, она обратила внимание почти сразу же, как вошла в зал. На нем тоже не было специального маскарадного костюма. Он был одет в бежевый фрак и брюки на тот светлее. Его лицо прикрывала черная бархатная маска. Он был среднего роста, но из-за своей стройности и благородной осанки казался выше. Она остановила на нем свой взгляд, и неожиданно в её голове родилось дерзкое и неслыханное безумство.

"Этой ночью я буду принадлежать ему", - сказала она себе.

Одержимая идеей осуществить свое безумство, она подошла к этому незнакомому человеку и дотронулась до его руки. Без всякого удивления, однако с некоторой долей любопытства он взглянул на дамскую ручку в белой перчатке и галантно произнес:

- Я к вашим услугам, маска.

- Вы не могли бы стать моим кавалером на этом балу? - обратилась она с просьбой, стараясь придать звучанию своего голоса шаловливый оттенок.

Ее просьба была довольно дерзкой и смелой для юной и благовоспитанной барышни. Однако для подобного маскарада была вполне естественной. И хотя в её голосе слабо прозвучали нотки кокетства и игры, незнакомец воспринял её просьбу, как обыкновенную маскарадную интригу.