С крепости открывался великолепный вид на старый город. Новые кварталы не были так живописны, но со стороны дворца их заслоняла собой пустыня, простиравшаяся на многие мили.

– Когда-то этот город был знаменитым и славным, – рассказывал Алекс. – Правителей его величали грозой пустыни, боялись их и преклонялись перед ними.

Когда Алекс рассказывал о жестоком, но чарующем и ярком прошлом Карангара, Николь казалось, что он предпочел бы те времена веку, в котором они жили сейчас. Большинство мужчин, знакомых Николь, были чем-то вроде бездушных роботов, проводивших свои дни за рабочими столами, а вечера у телевизоров. Алекс был совершенно другим. Николь легко представляла его с саблей в руке, во главе каравана, идущего по древним торговым маршрутам…

Вечером, в той части дворца, которая теперь стала отелем, состоялся прием для группы американцев из двадцати человек. Стены просторного зала украшали портреты дедушки принца в серебряных рамах, а также фотографии других королевских фамилий.

Американцев приводило в восторг уже то, что они общаются с настоящим принцем, хотя его титул был неофициален. Керси, как заметила Николь, никого не обделил вниманием. Подойдя к ней, он вежливо поинтересовался:

– Вам удалось подключиться к Интернету, Николь?

Керси сам помогал ей внести необходимые параметры в ее ноутбук, чтобы наладить связь.

– Да, спасибо. Я уже получила почту от друзей. Спасибо за помощь., – Не за что, – тепло улыбнулся он. – Пятьдесят лет назад для этого потребовалось бы не меньше месяца. Железную дорогу до Карангара проложили, только когда мне было пять лет. Если нам удастся построить и аэропорт, то мы еще долго продержимся. – С милой улыбкой он откланялся и заговорил с каким-то пожилым господином.

Алекс стоял в другом конце зала и разговаривал с одной из дам. Внешне он был увлечен разговором, но думал о Николь и о том, почему заключил с ней этот глупый дружеский союз. Днем он провел ее по самым красивым, романтичным местам дворца, намереваясь разрушить те укрепления, которые она воздвигла вокруг себя. Но…