Эмбер недоумевала, почему тетушка так легко согласилась на помолвку?

Вначале казалось, что ее перевод из пансиона в университет произошел так молниеносно лишь потому, что от нее хотели избавиться. И вдруг Саймон, встречавший ее на станции после первого семестра, сообщил ей, что им теперь пора обручиться…

– Привет, красавица! – Дядя поцеловал ее и пригласил жениха и невесту войти в дом. – Как вы провели вчера время? Боюсь, что сегодня у нас негде будет яблоку упасть: все Фарреллы явились. Догадайтесь-ка, кто свалился как снег на голову?

– Привет, дядя Боб! – Эмбер последовала за ним в дом. – Понятия не имею.

– Может, все обойдется и завтра случившееся покажется просто дурным сном…

Когда они вошли в гостиную, господин Фаррелл взмахнул рукой в сторону окна, возле которого стоял высокий мужчина, спиной к вошедшим.

– Посмотрите только, кто у нас на ленче!

Мужчина повернулся и пошел навстречу Эмбер – это был Джейк Фаррелл. И происходящее, увы, не было сновидением.

Эмбер тоже подалась вперед, их взгляды встретились – и время, казалось, остановило свой бег, заключив обоих в какой-то особый мир, точно двух мотыльков в куске янтаря.

Откуда-то издалека Эмбер услышала голос Саймона, но это теперь уже не имело никакого значения. Глубоко посаженные темные глаза и сурово сжатый рот заслонили весь мир. Что в этом лице? Злоба или страдание? Если бы Джейк подошел и заявил свои права на нее, она пошла бы за ним на край света.

Но мгновение, когда она всецело принадлежала ему, миновало, и время вновь потекло медленно. Эмбер отвела глаза; гул голосов стал обретать словесную форму, привлекая ее внимание.

– Щедроты родства, – заметил отец Саймона со сдержанным юмором. Он и не предполагал, каким будет впечатление от этого «сюрприза»: Эмбер едва пришла в себя от шока негаданной встречи. – Поглядите на него: можно подумать, что он провел ночь в стоге сена, а сам говорит, что явился на свадебный пир.