Между тем они уже подошли к электричке, но расставаться не хотелось.

— Поговорим еще немного, — попросил Химэда, приглашая Такэхико посидеть в скверике напротив станции.

Молодые люди устроились на скамейке под тусклым фонарем, после чего Химэда сказал:

— Сёдзи-кун, хочу показать тебе кое-что. — Он достал конверт и протянул его Такэхико. — Как ты думаешь, что бы это значило? Открой конверт, посмотри, что там.

Поднеся конверт к свету, Такэхико прочел адрес и имя Химэды; адрес отправителя не был указан. Внутри конверта находилось что-то неприятно мягкое. Не без волевого усилия Такэхико извлек из него… белое гусиное перо — такими писали когда-то в старину. Больше в конверте ничего не было.

— И это все? — спросил удивленный Такэхико.

— Да, — ответил Химэда. — Ни записки, ничего. По почтовому штемпелю понятно только, что отправлено письмо из района Нихомбаси. Как ты это понимаешь? Просто шутка или?..

— Наверняка кто-то просто пошутил. Сам-то ты о ком можешь подумать?

— Вряд ли кто из моих друзей будет так глупо шутить.

— Вообще-то белое перо — знак человеческого жертвоприношения…

— Только так я и воспринимаю это, — тихо сказал Химэда. — У маркиза я встречался со многими очень разными людьми. Может, невзначай оскорбил кого-нибудь? Нельзя быть таким болтуном… Или же случайно мне стала известна какая-нибудь страшная тайна? Не знаю… Не понимаю, что за всем этим кроется?.. Меня гнетет какое-то предчувствие. Честно говоря, я просто боюсь.

Такэхико взглянул на Химэду, и ему показалось, что перед ним другой человек: в неясном свете лицо виделось темно-серым, совершенно явно Химэду била мелкая дрожь.

И тут у Такэхико мелькнула догадка:

— А может быть, это дело рук Муракоси? Вы ведь, кажется, не в ладах друг с другом?