В двухэтажной вилле семь просторных комнат в японском и европейском стиле. Присматривают за виллой и постоянно в ней живут сторож с женой и дочерью. Поскольку сторожиха хорошо готовит, а дочь может заменить горничную, из прислуги никого, кроме шофера, брать не стали. Огавара с супругой и его личный секретарь Сёдзи отправились на виллу поездом, шофер поехал один на машине.

Чтобы не скучать, специально на эти дни пригласили в гости друзей.

В европейской комнате на втором этаже — окна ее выходят на море — были установлены два мощных бинокля, чему не стоит особенно удивляться, так как уважаемый читатель помнит об этой причуде семьи. Кстати, этой страсти поддался и Такэхико. Тем более что окрестности были великолепны. И мощность, прозрачность линз потрясала, — например, видны были не только маячившие вдалеке рыбацкие суда, но и находившиеся на них рыбаки виделись так, будто снуют совсем рядом; повернув бинокль в сторону города, можно было прочесть даже вывески на магазинах и отелях.

На второй день пребывания на вилле, когда Такэхико снова через бинокль обозревал окрестности, в комнате неслышно появилась Юмико и Такэхико услышал ее мягкий голос:

— Я смотрю, и вы пристрастились.

Такэхико оторвался от бинокля и взглянул на Юмико. По блестевшим на лбу капелькам пота, блестящей коже лица, легкому кимоно ясно было, что она только что приняла ванну. Пожалуй, впервые Такэхико видел ее без грима и восхитился свежестью ее лица. Белозубая улыбка была очаровательной. «Неужели есть на свете кто-нибудь красивее ее?» — в который раз подумал Такэхико. Возбужденный красотой Юмико и воодушевленный ее улыбкой, он заговорил быстро и немножко невпопад:

— Это просто волшебство! Такие замечательные линзы! Вон там, вдали, идет молодая женщина. Бинокль позволяет разглядеть даже выражение ее лица. Она не знает, что кто-то на нее смотрит, и ведет себя естественнейшим образом. Честно говоря, ловишь себя на том, будто подглядываешь…