В дверь позвонили. Ира удивилась. Сегодня она никого не звала.

— Кто? — на всякий случай поинтересовалась она.

— Марлинский, — ответили снаружи.

Сердце ухнуло так глубоко, что защекотало пятки.

— Вы? — От растерянности Ирина никак не могла отпереть замок.

— Нет, если вам неудобно, то… — Он осекся.

— Что вы, что вы! Очень удобно, — пролепетала она. — просто собачку заело.

— У вас разве животные есть?

— Нет, собачка от замка.

Наконец она справилась и рывком распахнула дверь.

— Ой!

Она обомлела. Марлинский предстал ей в ярко-цыплячьего цвета свитере и в лохматых, с желтыми помпончиками, тапочках.

— Нравится? — заметив ее удивление, спросил он, кокетливо помотав в воздухе левой ступней. — Мне самому понравилось. В Штатах не удержался и купил.

Он совершенно по-детски радовался своему приобретению. Ира засмеялась.

— Решили мне похвалиться?

Он смешался.

— Да нет. Извините. Совершенно по другому поводу. Как-то сразу не сообразил. Вы ведь меня от голодной смерти спасли, а у меня завтра концерт. Приглашаю. Придете?

— Конечно. А где?

— В Большом зале консерватории.

— Билеты нужно заранее покупать? — на всякий случай осведомилась Ирина.

Однажды ее соседка по дому пригласила на свой концерт, долго при этом объясняя, в каких кассах продаются билеты.

— Да я же вас… приглашаю! — с обидой воскликнул Марлинский. — Просто с собой нет сейчас билетов. Но завтра утром как-нибудь вам передам. Оставьте мне свой телефон, пожалуйста.

— Наверное, лучше мобильный? — спросила она.

— Естественно.

Ира продиктовала номер.

— Чтобы не тратить зря время, приходите сразу ко второму отделению, — с улыбкой проговорил он. — В первом этот ужасный дирижер со своим камерным оркестром будет играть пятую симфонию Бетховена. Хорошего не ждите. А во втором, надеюсь, все-таки с ними справиться.