«Этот самодовольный генерал работал в отделе внешней контрразведки Первого управления, – вспомнил Дронго. – Значит, он раньше был заместителем Олега Калугина. Примаков может ему не особенно доверять, памятуя скандальное разоблачение, сделанное бывшим шефом внешней контрразведки. Этот отдел проверял деятельность агентов за рубежом и, хотя подчинялся начальнику Первого управления, по своим методам и характеру действий скорее тяготел к тяжелому стилю Второго управления КГБ, действовавшего не всегда только внутри страны».

Закончив свой ужин, Дронго подошел к телефону и еще раз позвонил. На этот раз своему портье.

– Добрый вечер, – мягко сказал Дронго, – вас беспокоит 307-й номер. Меня никто не спрашивал?

– Звонили два раза, – охотно отозвался портье, – и оставили какой-то конверт для вас.

– Конверт? – изумился Дронго. Он понимал, что нужно заканчивать разговор, телефон ресторана могли обнаружить за 30–40 секунд.

– Да, – подтвердил портье. – Он лежит у меня.

– Я буду под утро, – быстро сказал Дронго, кладя трубку.

– Хорошо, месье, – успел услышать он.

Час от часу не легче. Откуда мог взяться этот конверт? Ленарт еще только летит, а второй связной свяжется с ним лишь утром. «Появился третий неизвестный, – разозлился он. – Все время какие-то непонятные игры!» Он поймал такси и поехал в аэропорт встречать Марка Ленарта.

Глава 6

В отель он вернулся в девятом часу утра. Предупредительный портье вручил ему ключи и конверт. Конверт был небольшой, и, верный своим принципам, он сразу вскрыл его. В записке было всего несколько фраз. «Ричард, звонила трижды, не смогла застать. Встретимся внизу. Натали». Он опустил бумагу в карман.

Натали здесь. Тогда, в 1988 году, они чудом спаслись в Южной Америке. Ее чуть не убил Миура, этот японский «супергерой». Один из агентов Интерпола пожертвовал жизнью, спасая Натали. Ей удалось чудом бежать. Это было три года назад. С тех пор они никогда не виделись и не слышали друг о друге. Прошло столько времени. Знает ли она о его ранении, о его долгом бездействии?