— Вопрос не исчерпан, мы лишь слегка коснулись его. — Джейсон отступил к двери и заговорил, явно пытаясь смягчить резкость тона: — Позвольте мне пригласить вас на ужин, за которым мы продолжим обсуждение. Она покачала головой.

— Бесполезно. Я не изменю своего решения.

С минуту его светлые глаза пристально вглядывались в ее лицо. Затем он улыбнулся, но не насмешливо или цинично, а скорее добродушно.

— Довожу до вашего сведения, что я настроен весьма решительно. Я ни за что не откажусь от вас. Так и знайте.

В его тоне прозвучали властные интонации, и это еще больше насторожило Дейзи.

— Невозможно отказываться от того, чем не владеешь.

— Я неверно выразился. — Его глаза сверкнули. — Естественно, я имел в виду, что не откажусь от моей Дездемоны.

— Естественно, — она облегченно вздохнула. Конечно же, он имел в виду Дездемону. — А теперь, простите, я хочу поехать домой и лечь спать. Я живу не в центре, путь до моего дома неблизкий.

— Я подвезу вас.

— Спасибо, не надо, — сказала она твердо. Джейсон продолжал улыбаться, но Дейзи заметила жесткие складки у его губ.

— Мое предложение остается в силе. Я так просто не сдамся. Вы рождены для роли Дездемоны.

— Возможно, когда-нибудь вы дадите мне шанс спеть эту партию с какой-нибудь гастролирующей по Европе труппой, — сказала Дейзи с деланной непринужденностью. Джейсон покачал головой.

— Я хочу, чтобы вы стали первой исполнительницей этой роли. Хочу услышать вас на Бродвее. — Он подошел к двери и открыл ее. — Спокойной ночи, Дейзи.

Оттого что он назвал ее по имени, их встреча утратила формальность, и это еще больше смутило ее.

— Спокойной ночи, мистер Хейз.

Он взглянул на нее через плечо и поправил:

— Джейсон.

И прежде чем она успела ответить, он закрыл за собою дверь.

— Итак, что же нам теперь делать? — спросил Эрик Джейсона, выходя из такси у отеля «Хилтон». — Не можем же мы заставить ее поехать с нами.