Наступила тишина. Оба — и сэр Джеймс, и его жена — думали: если даже лорд Дэнтон появится до чая, что маловероятно, Илука к тому времени будет уже далеко от дома.

Леди Армстронг умоляюще проговорила:

— Ты же отправишь ее в карете, Джеймс?

— Это невозможно, — ответил он. — Мне нужны все конюхи и кучера — ты сама знаешь, как важны скачки с препятствиями, и лошадям надо беречь силы.

Леди Армстронг напряглась, но Сдержалась и сказала:

— И как, ты полагаешь, Илука попадет к твоей сестре?

— Она может поехать в дилижансе, — предложил сэр Джеймс. — В конце концов такой вид транспорта вряд ли для нее в новинку.

Это было правдой: до брака с сэром Джеймсом леди Армстронг, овдовев, избавилась от лошадей, и они с Илукой путешествовали только в почтовых каретах.

Снова повисло молчание. Его прервала леди Армстронг:

— Ну что ж, надеюсь, если она будет с Ханной, то все обойдется.

— Ну конечно, без сомнения, — резко бросил сэр Джеймс.

— По дилижансы едут слишком медленно, — проговорила леди Армстронг, — и не всегда останавливаются в приличных гостиницах.

— Я думаю, в глубинке вообще нет приличных гостиниц, — сухо ответил сэр Джеймс.

Леди Армстронг встревожилась, но последнее слово было за мужем. Начни она умолять — ничего хорошего не выйдет, хуже того, это может отразиться на его отношении к Илуке.

Она уже настраивала дочь на блистательный дебют в Лондоне, хотя Мьюриэл, как всегда, будет мешать этому всеми силами. Она тихонько вздохнула. Что ж, муж тем не менее пока не передумал давать бал в честь обеих дочерей в лондонском доме.

Леди Армстронг не сомневалась: у нее за спиной Мьюриэл всеми силами старалась убедить отца не допустить Илуку на этот бал.

Но она рассчитывала на преданность мужа и надеялась, что он не согласится пойти на поводу у дочери. Так что волновать или раздражать его именно сейчас было бы ошибкой, она должна горячо молиться, чтобы Мьюриэл вышла замуж за лорда Дэнтона, и тогда Илука сможет насладиться лондонским сезоном. Одна, без сводной сестры. А вслух миссис Армстронг сказала: