– Вам следовало бы быть… – прошептала она.

– Кем?

– Доктором.

– Спасибо за вашу наблюдательности, я и впрямь изо всех сил стараюсь изобразить врача.

Она не оценила его попытку пошутить.

– И эта тряпка… Приложите ее еще раз.

Хэмиш снова намочил полотенце под краном и отжал лишнюю влагу. На сей раз, он вложил его в левую руку девушки, и та стала обтирать им лицо медленными круговыми движениями, стараясь не задевать шрам на правой щеке. Когда полотенце остыло, она снова отшвырнула его, а Хэмиш снова поймал на лету и положил на тумбочку рядом с кроватью.

– У вас есть зеркало? – спросила она.

– Боюсь, что нет.

– Пошарьте в палате, вон в тех ящиках, например.

– Зачем?

– Поищите, вам сказано.

– Но зачем?

– Черт бы вас побрал… – Несколько секунд она лежала с крепко зажмуренными глазами. А когда снова взглянула на Хэмиша, в них было отчаяние. – Я хочу видеть.

– Зачем вам это нужно?

– А как вы думаете?

– Я думаю, его специально прячут от вас, чтобы вы себя не видели и не расстраивались. У меня нет права нарушать больничные порядки, мисс Долливер.

– Да кто вы такой, черт возьми? Если вас прислала Дебора, значит, вы должны мне поднять настроение. – Швырнув ему в лицо эти слова, она схватилась было за трапецию, но снова ее отбросила.

– Дебора меня не присылала, это ее тетя просила меня навестить вас. – Слегка подумав, Хэмиш решил признаться, кто он такой. – Я священник, работаю в церкви Святой Троицы в городке Колстед.

Девушка пробормотала ругательство, которое он пропустил мимо ушей.

– Видимо, вы намерены молиться за меня?

– Полагаю, это мой долг.

Девушка ухватилась за трапецию с такой силой, что косточки на ее пальцах побелели, потом отбросила ее и вытянула руку вдоль тела. Глаза ее резали, как два кинжала, но Хэмиш уловил в них и кое-что еще, похожее на страх.