Он возник из ниоткуда настолько бесшумно и ловко, что я ему опять невольно позавидовал. Когда я знаками объяснил, что нужно делать, он в ответ с сомнением покачал головой и потрогал свое ухо – мол, шуму наделаем. Я энергично указал ему на дверную петлю и поднял ладонь с болтающимся на ней амулетом – все будет в порядке. Это был один из моих любимых «инструментов», при помощи этой штучки можно было погасить звуки. Незаменимая вещь в ночных предприятиях! Едва увидев мою цацку на веревочке, Хиг согласно кивнул и шагнул к двери. Мы с Коротышкой «работали» в паре не в первый раз и он уже был знаком с действием амулета. Я сунулся было показать Хигу, как я ножиком поддевал первый гвоздь, но он решительно отстранил меня и вытащил откуда-то из своих засаленных шмоток здоровенный кинжал. Как пользоваться моим амулетом он уже знал, поэтому решительно затянул тесемки на запястье и взялся за дело. Чтобы занять себя хоть чем-то полезным, я вновь принялся дуть из «трубки Гергуля» в щель. Магия в амулете почти иссякла, а я уже был не в состоянии заряжать трубку заново. Тем не менее, какая-то толика чар все же должна была еще действовать.

Минут через двадцать Хиг легонько хлопнул меня по плечу. Он вытащил последний гвоздь. Я на всякий случай подсунул конец своей клюки под дверь и навалился на нее плечом – мало ли что, вдруг дверь свалится. Хиг поочередно пошевелил кинжалом обе петли, отдирая их от косяка. Амулет на его запястье действовал безотказно – ни звука я не услышал. Используя клюку как рычаг, мы медленно двинули дверь, вытаскивая засов из гнезда. И тут я понял, что прозевал еще одно заклинание. От замка куда-то тянулась невидимая ниточка. Если она ведет к сигнальному амулету в спальне Тощего… Да нет, нить идет куда-то наружу. Должно быть, к самому Неспящему. Ну, если он спит пьяный… Да и вообще непонятно, на что это заклинание должно реагировать – замок-то цел. Так что, может, ничего страшного…

* * *

Еще несколько вердельских ополченцев протопали мимо меня, я догадался, что анракцев совсем немного и главная опасность – там, где они ставят лестницу.