– Ты даже не глянешь, что там? – осведомился Обух.

– Я тебе доверяю, – еще не хватало, чтобы я стал пересчитывать монеты прямо у взломанной двери да еще в темноте. Или, может, я могу с ним поторговаться?

– Там два келата, – пояснил атаман.

Сумма была куда крупнее, чем я намеревался получить. Обух дал мне слишком много – даже, пожалуй, несколько больше, чем заплатил бы за эту работу наемному взломщику. Мне же, повторяю, он мог бы вообще не платить. Это должно было что-то означать. Я молча ждал продолжения. Пауза затягивалась.

– Сегодня я хочу, чтобы ты вошел со мной внутрь, – наконец соизволил пояснить Обух, – мало ли что мог Неспящий соорудить там дальше. Так что сегодня ты мне понадобишься и внутри тоже. У тебя есть соответствующий опыт. Идем, Хромой!

Ну да. Конечно. Войти с ним внутрь. Того-этого. Прямо у него на хате. Я – идиот. Я думал, что дело ограничится акцией устрашения – убить собаку, подкинуть, к примеру, в спальню Тощему горшок с какими-нибудь особо противными змеями или еще что-то в этом роде. Я не учел, насколько сильно разъярен Обух, а он, оказывается, затеял карательную экспедицию. Конечно – поэтому он собрал своих лучших бойцов. Сейчас он разделается с Тощим – нагло, напоказ всему городу. Чтобы все в Ливде знали, что значит становиться на пути у Обуха. А я войду с ним внутрь и об этом будет знать куча народа. Больше мне не удастся разыгрывать роль ловкача с кучей амулетов, мой секрет станет известен всему гадюшнику под названием Ливда. А завтра проспится Неспящий и еще вернется из Гавахи Мясник… Завтра в городе будет заваруха, максимум – послезавтра… Я отчетливо ощутил запах жареного.

Глава 4

Мне не оставалось ничего другого, как первым протиснуться в щель. Зачем я старался? За моей спиной дверь была убрана, дабы его светлости Обуху не пришлось утруждать себя.