— Убедилась? — спросил Роберт Данди. — Я бы не взял тебя сюда, если б знал, что вы с Джеком собираетесь завести амуры. Но я всегда могу выставить тебя, и тогда тебе придется разыскивать своего отца. Если тебя интересует Джек, можешь убираться хоть сейчас.

Данди еще раз взглянула на Джека. Он уже принялся за второй ботинок. Я подумала, что он, наверное, никогда в жизни не чистил их так усердно.

— Ладно, — проговорила она. — Можете оставить своего драгоценного сыночка при себе. Мне он не нужен. У меня полно парней получше.

— Умница, — просиял Роберт. — Надеюсь, что ты отвечаешь за свои слова и больше мне не придется об этом говорить. И я скажу тебе кое-что еще. Если ты будешь хорошо себя вести, то с такой внешностью ты вполне можешь рассчитывать на выгодный брак. С богатым человеком. Имей это в виду.

Это утешило Данди, спать она отправилась вполне довольная собой и расчесывала и заплетала свои волосы с особенной тщательностью. В сторону Джека она больше и не глядела. Во всяком случае, пока мы оставались в Солсбери.

Это было чудесное лето 1805 года. Я гордилась своей работой. Скоро я сменила ветхую юбчонку на старую рубашку и брюки Джека и теперь была чрезвычайно довольна тем, что не привлекаю к себе внимания мужчин. Мы часто переезжали из города в город, нигде не задерживаясь больше чем на три дня. Везде мы показывали одно и то же представление: танцующие пони, конь, который умеет считать, битва при Бленхейме и сцены с Ричардом Львиное Сердце.

Но каждый вечер оно проходило немного по-разному. То захромал один из пони и стал отставать от других. То Джек повредил лодыжку, и одно действие пришлось отменить, пока он не поправился. Это были небольшие хлопоты, но все они лежали на мне. И я многому научилась за это время.

Скоро все заботы о лошадях перешли ко мне. Это стало моей работой. Данди хлопотала в фургоне, она содержала его в такой чистоте, что Роберт был приятно удивлен. Все время мы учились работать.