Про Аталию Брей стоит сказать еще несколько слов. Ее отец не принадлежал к лондонской аристократии, хотя и получил хорошее образование и воспитание. И сама! Аталия была принята в высшем свете лишь благодаря своей исключительной внешности. Кроме того, ей удалось войти в общество немногих избранных, что окружали принца Уэльского в Карлтон-Хаусе.

Если бы Аталия Брей стала женой лорда Равенскара, то перед ней распахнулись бы двери лучших лондонских домов и до конца жизни она была бы принята знатнейшими людьми государства, а ее положение в обществе стало бы предметом неискоренимой зависти всех английских девиц на выданье и их честолюбивых и амбициозных мамаш.

Итак, лорд Равенскар ничуть не сомневался, что его стремления исполнятся, а терпеливое ожидание будет вознаграждено. Поэтому, по лучив письмо от Аталии, он решил, что время пришло и она согласна объявить об их помолвке друзьям и дать сообщение в «Газетт».

Он на мгновение застыл на пороге гостиной, а затем стремительно направился к девушке. Он сгорал от желания расцеловать ее, задушить в пылких объятиях и потом, когда у нее закружится голова, еще раз сказать, что они должны пожениться как можно скорее. Ведь ждать больше невозможно! Это прелестное создание должно принадлежать только ему!

По когда Трент приблизился к Аталии и раскрыл объятия, она предостерегающе подняла свою тонкую, изящную ручку, чтобы остановить его.

— Подождите, Трент, не торопитесь, — сказала она с невозмутимым спокойствием. — Мне надо сказать вам кое-что важное.

— Что за ерунда, — беспечно ответил лорд Равенскар. — позвольте мне прежде поцеловать вас. После поговорим.