Выходя из самолета, Чиряев незаметно кивнул молчаливо стоявшему в сторонке Баугису. Несмотря на то что ни у Баугиса, ни у Очеретина не было оружия, тем не менее наличие рядом двух "своих" придавало Чиряеву уверенность. Уже выйдя из самолета, он заметил нескольких мужчин, явно ожидавших кого-то из пассажиров. Чиряев насторожился. В Германии не принято встречать кого бы то ни было у трапа самолета - кроме официальных государственных лиц. 'Все без исключения пассажиры обязаны пройти пограничный и таможенный контроль по единым правилам, и лишь после этого встречающие могли общаться с приехавшими.

Еще более его насторожило то, что при его появлении эти "встречающие" обменялись взглядами, перекинулись репликами, явно сговариваясь о чем-то. Чиряев скосил взгляд на Очеретина, обернувшись, увидел следовавшего в нескольких метрах позади них Баугиса. Подал тому незаметный сигнал - будь наготове. Баугис принял сигнал и, ускорив шаг, прошел мимо, оказавшись непосредственно перед Чиряевым, - Истребитель был защищен охраной с двух сторон.

Они уже подходили к пограничному контролю. Надо только пройти контроль, а там его будут ждать боевики с оружием и автомобилями. После этого он может не опасаться за свою жизнь. Баугис, зная, что первым границу проходит Очеретин, замешкался перед пограничником, пропуская Быка первым. Тот протянул свой паспорт. Чиряев и Баугис напряженно ждали. А в это время рядом с пограничником вырос один из "встречающих", кто стоял у трапа самолета.

Офицер пограничной службы долго рассматривал документы Очеретина.

- Вы надолго прибыли в Шенгенскую зону? - спросил он.

- Там же написано, - недовольно буркнул Очеретин. - У меня разрешение на три месяца.

- Не забудьте, что срок строго оговорен вашей визой, - напомнил пограничник и наконец поставил печать, разрешая вход на территорию Германии. Очеретин оглянулся на Чиряева, победно улыбнулся и, получив обратно паспорт, прошел вперед.