- Нет, мистер Чиряев. Паспорт и виза не вызывают сомнений. Но у нас есть запрос, - упрямо повторил этот русскоговорящий немец, - прошу вас следовать за нами.

- Позовите моего помощника, - ощетинился Чиряев, - он только что вышел отсюда. Наверное, ожидает багаж. Без него я никуда не пойду.

- Как его фамилия?

- Матвей Очеретин. Он только что прошел через границу. Очеретин прилетел вместе со мной. Сообщите ему, где я.

- Мы выполним вашу просьбу, - согласился немец, - прошу вас следовать за нами.

"Если бы они хотели меня убить, то не стали бы уговаривать пройти вместе с ними, - подумал Чиряев, - кроме того, это наверняка немецкая полиция. Что же произошло? Про какой "запрос" они твердят?"

Но Чиряев не видел, с каким напряженным вниманием наблюдает за ним пассажир, вышедший из третьего салона самолета. Не становясь в очередь, он рылся в своей сумке, явно ожидая кого-то или чего-то. Чиряев раздраженно пожал плечами, понял, что поднимать здесь скандал бессмысленно, нужно спокойно выяснить, чего от него хотят.

Он повернулся и пошел следом за тем, кто отобрал у него паспорт. В большой светлой комнате, куда они вошли, находилось еще несколько человек коротко стриженных мужчин и неуловимо похожих друг на друга. Полицейские - он не ошибся. Человек, который привел его сюда и в руках у которого все еще был его паспорт, сказал громко и даже торжественно, словно на сцене:

- Мистер Чиряев, вы арестованы. Согласно запросу Интерпола и криминальной полиции Австрии вы арестованы. С этой минуты вы можете не отвечать на наши вопросы, пригласить своего адвоката и требовать встречи с представителями вашего посольства.

Проклятье! Сбежать из Москвы, чтобы нарваться на немецкую полицию. Хотя это не самое страшное, что могло случиться в Берлине. Гораздо хуже, если бы его встретили здесь пулей в висок. Но кто его подставил? Чиряев лихорадочно размышлял, не находя ответа.