— Проведи меня.

— Я не могу, миссис Уиттэкер.

— Проведи меня сейчас же!

Джеймс взглянул на Рафаэля Росселлини. Когда тот кивнул, Джеймс взял со связки на боку ключ и тут же открыл дверь.

Лана плотно сжала губы, чтобы не закричать. Она интуитивно чувствовала, что если закричит, то уже не сможет остановиться.

Огромные комнаты были пусты. Она считала воспоминания плохими, но это было еще хуже. Как привидение, она прошла по пустым комнатам. Не было ни мейсенского сервиза, ни хрусталя баккара, ни мебели — ничего. Даже в спальне была открыта дверца шкафа, а полки и вешалки были пустыми. До нее дошло, что у нее осталась лишь та одежда, что на ней.

— Спасибо, Джеймс. Я достаточно насмотрелась.

Охранник с облегчением вздохнул. Он ожидал более бурной реакции. Когда Лана в последний раз вышла из своей прежней квартиры, охранник запер дверь.

Внизу Лана направилась к выходу. Она не знала, куда идет. Только понимала, что надо уйти.

— Миссис Уиттэкер! — прокричал ей Рафаэль Росселлини. — Одну минутку.

Лана остановилась, но не обернулась.

— Куда вы идете?

— Это вас не касается. — То что этот человек видел, как рухнула вся ее жизнь, было очень плохо. Она не могла признаться ему, что ей некуда идти.

— Кайл был моим другом. Я обязан позаботиться о вас. — Он взял ее за руку и подвел к машине. — Побудьте у меня в гостинице. Завтра мы снова поедем к вашему адвокату и узнаем, что происходит.

К удивлению Рафаэля, она не стала возражать. В лимузине он уселся напротив нее. Накануне вечером Лана выглядела хрупкой, а сейчас казалось, что она рассыплется на тысячу кусочков от дуновения ветерка. Ее ранимость трогала Рафаэля, и он ничего не мог поделать.

Она молчала по дороге в гостиницу, молчала и в гостинице, когда он привел ее в свой номер. Рафаэль сбросил пальто на спинку кресла и позвонил в ресторан, а Лана в бессилии опустилась на широкий диван. Сейчас она была совсем не похожа на холодную и уверенную в себе женщину, которая принимала его в своей квартире накануне.