Лицо Рафаэля выразило удивление.

— Что-то не так? — спросила Лана.

— Просто я думал, что вы решите выкинуть все лишнее.

— Но это было бы ужасное расточительство.

— Согласен. — Он оглядел ее, и его лицо приняло новое выражение, от которого она почувствовала себя насекомым под увеличительным стеклом.

— Что случилось? Почему вы так смотрите на меня?

— Вы расстроились, что я не дал вам заплатить за детские вещи. Почему? — Он наклонился, приблизив к ней лицо.

— Просто я хотела купить их сама, вот и все. — Лана откинулась в кресле. Она не собиралась рассказывать ему сейчас подробности своей личной жизни. Разве он поймет?

— Думаю, здесь кроется нечто большее. Расскажите мне, — тихо попросил он.

— Хорошо, если вы настаиваете. Когда я берусь за проект, то реализую его на сто процентов. Мне хотелось что-нибудь подарить ребенку от себя. — Не на те деньги, которые ей заплатят за согласие быть опекуном ребенка. За последнюю неделю она потеряла все. Покупая эти простые вещички для племянницы Рафаэля, она испытала доселе неведомую ей радость.

— Она для вас проект?

Лана подумала, прежде чем ответить. Он пристально следил за нею, прищурив глаза. Если она не хочет окончательно разбить свое сердце, ей действительно необходимо рассматривать ситуацию исключительно в деловом ракурсе.

— Можно и так сказать.

Рафаэль вздохнул и снова откинулся на спинку кресла.

— Спасибо за честность. Если бы вы сказали мне, что сделали это из-за желания иметь собственного ребенка, хотя совершенно ясно, что вы никогда не хотели его, то я бы принял вас за лгунью.

Лана вздрогнула, как будто ее ударили по лицу. Никогда не хотела ребенка? Как он пришел к такому выводу? Но она не станет разубеждать его сейчас. Ей не хотелось копаться в прошлом, не хотелось освещать некоторые детали их с Кайлом отношений.