— У Кайла не было делового партнера.

— Я перед вами. — Рафаэль опустил руки в карманы, пристально глядя на нее, стараясь каким-либо образом поколебать ее нервирующее спокойствие. — Ваш муж должен мне деньги, миссис Уиттэкер. Большую сумму. — Он заметил, как она еще больше побледнела, когда он назвал сумму.

— Это невозможно! — горячо возразила она, сжав руки в кулаки.

Ага, с удовлетворением подумал он. На деньги ее можно зацепить. Пора надавить на больное место.

— Смерть Кайла нарушила наш бизнес-план. Мои итальянские инвесторы уже дали понять, что собираются отказаться от участия. Я требую погашения ссуды. — Ей не нужно знать, что его собственная компания и есть итальянский инвестор и что план по расширению экспорта оливкового масла был лишь в зародыше. Но сама ссуда была настоящей.

— Погашения ссуды? — Ее глаза на бледном лице стали огромными от страха.

На мгновение Рафаэль почувствовал жалость, но быстро подавил ее. Из-за этой женщины ребенок вырастет сиротой. В его отношениях с нею нет места жалости. Так или иначе, она дорого заплатит за то, что сделала с его семьей.

— Именно так. Полагаю, вы предпочтете, чтобы я имел дело непосредственно с вашим адвокатом?

Она не ответила. Казалось, мысленно она удалилась туда, где ее ничто и никто не мог тронуть. Рафаэль протянул руку к молчаливо стоящей напротив него женщине и прикоснулся к ее руке.

— Миссис Уиттэкер?

Она отшатнулась, как будто он обжег ее раскаленной кочергой.

— Я… я дам вам его визитку.

Лана Уиттэкер опять чудесным образом обрела спокойствие и со спокойной элегантностью пошла, видимо, в спальню. Пока ее не было, Рафаэль оценивающе оглядел комнату. Его не слишком интересовали ни прекрасная мебель, ни дорогие картины на стенах. Он предпочитал тепло и уют в своем доме и в своих женщинах.

Глаза у него загорелись, когда он увидел разорванные фотографии на полу. Рафаэль подошел ближе и поднял один кусок. Итак, ей хотелось скорее избавиться от памяти о муже. Он стиснул зубы и бросил на пол обрывок памяти о другом человеке. Сомнений больше не осталось: Лана Уиттэкер не заслуживает жалости.