Черные глаза Цезаря неотступно следили за Соршей.

– Как ты думаешь, они считают нас привлекательной парой? – проговорил он. – Может, они представляют нас вместе… видят, как мое смуглое тело прижимается к твоему, бледному? Может, ты, так же как и я, думаешь об этом? Интересно, они разочаруются, узнав, каковы наши отношения в действительности?

Пульс Сорши заметно участился.

– Цезарь, остановись! – тихо взмолилась девушка. – Уходи!.. Пожалуйста, уходи! Что я тебе сделала? Зачем ты со мной так поступаешь?

Цезарь вслушивался в частое дыхание Сорши. Он видел, что она возбуждена. Ее глаза потемнели от сдерживаемого желания. Но он не собирался останавливаться и продолжал играть с ней, как кошка с мышью.

– Ты не хочешь поцеловать мужчину, которого когда-то любила? – тихо спросил он.

Сорша почувствовала, как кровь прихлынула к ушам.

– Тогда я была слишком молодой и глупой. – хрипло ответила она.

– А теперь?

– Теперь я стала достаточно взрослой для того, чтобы все понять. И порадоваться, что мимолетное увлечение не успело перерасти в нечто большее.

– Ну что ж, хоть на какие-то вещи мы с тобой смотрим одинаково, – спокойно проговорил Цезарь.

Сорша заколебалась.

Может быть, она неправильно истолковала его слова? Может быть, он всего лишь хотел помириться? Может быть…

Девушка машинально сделала два шага назад и внезапно увидела, что возле огромной благоухающей клумбы все еще стоит ослепительная брюнетка, с которой Цезарь вышел из церкви.

Она выжидающе смотрела в их сторону.

– Это твоя подруга? – спросила Сорша. Сердце в ее груди болезненно сжалось.

Услышав растерянность в голосе девушки, Цезарь проследил за ее взглядом.

– Синди? – хищно улыбнулся он. – Ревнуешь, Сорша?

– Совсем нет, – ответила она, гадая, понял ли Цезарь, что она говорит неправду.

Сорше хотелось обратить его внимание на то, что у этой женщины нездоровый цвет лица и слишком ярко накрашены глаза и губы, да и одета она совершенно безвкусно. И вообще, эта Синди не подходит на роль подруги Цезаря.