Энни подозревала, что обед вновь отправится обратно на кухню, в последнее время Шейну часто приходилось обедать вне дома. Бизнес развивался и требовал постоянного контроля. Деловые встречи мужа стали для нее так же привычны, как и его частые отлучки в другие города на переговоры с партнерами. Энни пыталась убедить мужа, что часть ответственности можно переложить на менеджеров и управляющих, но Шейн покровительственно хлопал ее по руке и повторял: «Хочешь быть уверен, что все будет сделано именно так, как надо, сделай сам». Энни тяжело вздыхала и смирялась.

Яркое весеннее солнце заливало оранжерею. Энни решила приоткрыть окна, свежий ветерок не помешает ее растениям. Сегодня будет теплый замечательный день. И все же откуда эта тревога?

Она покачала головой и вышла на улицу. Оранжерея отдельной стеклянной полусферой едва проглядывала в диком, немного запущенно парке за домом. Непримиримая в вопросах чистоты и порядка, Энни почему-то категорически отказывалась привести сад в порядок: вырубить старые деревья, разбить клумбы и поставить в тенистых местах новые скамейки. Все, что она делала для устройства парка, — еженедельно вызывала садовника для стрижки кустов и раз в год рабочих для подновления кирпичных дорожек.

После статичного порядка оранжереи Энни было приятно пройти по тенистому парку, с каждым годом все больше напоминающему лес. Этот парк был заброшенным, еще когда были живы родители, так вправе ли Энни менять что-то?

Энни прикоснулась к старому, покрытому мхом дубу. В детстве она очень любила играть под этим гигантом и осенью собирала желуди, чтобы сделать из них трех счастливых человечков. Потрескавшаяся от времени, ветра и непогоды кора казалась жесткой для тонких чувствительных пальцев.