— Тебе мало платят?

— Зарплата у меня хорошая, — сказала она.

— Значит, тобой движет месть?

— Моя мать всю свою жизнь посвятила моему отцу, который занимался научными исследованиями. Ему было очень нелегко…

— Как ты решила заполучить деньги с Тарранта, ведь он уже купил разработку твоего отца?

— Дело не только в деньгах, но и в авторском праве. Я докажу, что Таррант заставил моего отца продать ему изобретение. Суд восстановит его авторское право.

Доминик удивленно фыркнул:

— Ты намерена судиться с «Хардкастл энтерпрайзиз»?

Она пристально смотрела в его глаза, не моргая:

— Да. Я уверена, что выиграю дело.

— Мне кажется, ты слишком полагаешься на судебную систему и недооцениваешь безжалостность Тарранта. Ты нашла то, что тебе нужно?

Она сглотнула:

— Еще нет. Ты уволишь меня?

— Я? Ах да, я же сын и наследник. Понятия не имею, что с тобой делать.

Доминику очень хотелось снова ее поцеловать.

— Ты проработала здесь целый год только затем, чтобы найти документы?

Белла, закусив губу, растерянно захлопала глазами, отчего его внезапно охватило страстное желание.

— Эти папки хранились раньше в другом месте. Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы перевезти их сюда.

— Ты не ответила на мой вопрос. Ты работала здесь все это время, не забывая о мести?

— Я отлично справлялась со своими обязанностями.

— Не сомневаюсь, не зря Таррант считает, что даже из задницы у тебя идет солнечный свет.

Услышав грубость, Белла снова заморгала, потом расправила плечи:

— Мое подразделение добилось большого прогресса.

— Как тебе удавалось спокойно сидеть на конференциях рядом с человеком, которого ты намерена засудить?

— Личное отношение ни при чем. Это дело принципа, — сказала она.