Вика вовсе не бросилась на амбразуру, горя желанием скорее описывать как тип в костюме Фредди Крюгера нападает на таксующих мужиков. Другие сотрудники редакции тоже не искали себе работы без пользы карьере и тогда было принято соломоново решение — тянуть жребий. Не с Викиной удачей было покупаться на это, потому что именно ей досталась короткая спичка. Комически окрашенное облегчением сочувствие сотрудников вынудило ее сказать, что они зря радуются. Вика Золотова страшно довольна таким исходом, она обожает детективные сюжеты. И удаляется на встречу с Калачёвым с гордо поднятой головой. Надо было бы еще и вприпрыжку.

А ситуация, описанная пресс-секретарём, и вправду оказалась довольно интересной. Раз в полгода, в районе Комсомольского Парка находились трупы водителей, удушенных гитарной струной. Струна лежала возле тела. Трупы оставались на водительском сидении. Деньги, документы, вещи — все на месте. Водители между собой никак не связаны. Маньяк, получается! Найти его оказалось сложнее, чем предполагали следственные органы. Всего описывалось четыре случая за три года. В этом полугодии маньяк еще не отметился, а в позапрошлом вообще трупа не было. Была идея подождать его в засаде, но Парк огромный, только асфальтированных, дорог ведущих вглубь, не меньше десятка. У органов правопорядка просто не было такого количества сотрудников, готовых без ущерба для других служебных дел посидеть в засаде с недельку, а то и больше. Периодичность совершения преступления была плюс — минус десять дней.

Вика стала расспрашивать о подробностях, но Калачёв ничего толком сказать не мог. Нет информации.

— Но зачем тогда я тут? — спросила она разочарованно. — Ни фактов, ни хода следствия, ни свидетелей, описывающих приметы убийцы. Писать-то нечего! Сбросили бы по факсу: «ГУВД ГО предупреждает»!

— Понимаете, — ответил пресс-секретарь, — я тут человек случайный. Учусь заочно, поэтому меня сюда направили.