Уилл, Джем и Тесса стояли на самом верху лестницы, что проходила через центр гостиного уголка, который был на три четверти наполнен людьми. Внизу у подножия лестницы располагалась поднятая платформа, и на этой платформе было несколько выглядящих неудобными деревянных стульев с высокими спинками. На одном из них сидела Шарлотта; рядом с ней сидел Генри, который нервничал и смотрел вокруг широко раскрытыми глазами. Шарлотта сидела спокойно, держа руки на коленях; только кто-то, кто хорошо знал ее, мог увидеть напряженность в ее плечах и форме рта.

Перед ними, за своего рода кафедрой оратора, но эта была шире и длиннее, чем обычные кафедры, стоял высокий мужчина с длинными светлыми волосами и густой бородой; он был широкоплечим и был одет в длинную черную мантию поверх обычной одежды, как у судьи, с рукавами, мерцающими вышитыми рунами. Рядом с ним, в низком кресле сидел старик, его коричневые волосы были подернуты сединой, его лицо было чисто выбритым, но испещренным глубокими морщинами. Его мантия была темно-синего цвета, и драгоценные камни сверкали на его пальцах, когда он двигал рукой. Тесса узнала его: ледяной голос, ледяные глаза, Инквизитор Уайтлоу, который допрашивал свидетелей от имени Конклава.

— Мистер Герондейл, — сказал блондин, взглянув на Уилла, и его губы искривились в улыбке. — Как мило с вашей стороны присоединиться к нам. И Мистер Карстаирс также. И ваша спутница должно быть…

— Мисс Грей, — сказала Тесса прежде, чем он смог закончить. — Мисс Тереза Грей из Нью-Йорка.

Негромкий ропот, пронеся по комнате, как звук отступающей волны. Она почувствовала, что Уилл, стоявший рядом с ней, напрягся, а Джем перевел дыхание, как будто собирался что-то сказать. Ей показалось, что услышала, как сказал кто-то: «Прервала Консула». Значит, это был Консул Вэйланд, главное должностное лицо Конклава.