* * *
Я стояла возле броского натюрморта и наслаждалась игрой красок и художественной атмосферой в зале, когда в галерею вошла плеяда довольно известных молодых актёров, один из которых показался мне незнакомым. Это и был Сергей. До того дня я не видела ни одного спектакля с его участием, не смотрела ни одного его фильма. Словом, он был для меня "тёмной лошадкой".
Познакомил нас сам Аркадий Яковлевич, это случилось на банкете по случаю открытия ещё одной галереи имени Прохорова.
Наше сближение с Сергеем проходило стремительно: взгляды, случайные прикосновения, ток, взаимное притяжение, объятия, робкие поцелуи и, как кульминация - пылкое слияние двух изголодавшихся по любовной страсти тел у него дома на скрипучем диване.
Когда Серёжа предложил переехать к нему, я воспротивилась: не хотелось покидать свою уютную двухкомнатную квартиру в спальном районе и переселяться в видавшую виды "хрущёвку", хотя и недалеко от центра, и с евроремонтом.
После расставания с Игорем, моим самым дорогим и любимым, я не задумываясь вернулась на родину. В Москве киноролей мне не предлагали, в столичных театрах я играла роли второго плана. Но меня это мало волновало, всё моё тщеславие с лихвой окупалось близостью к Игорю Павловичу. Он был самым ярким, самым значительным событием в моей жизни, он заменял мне всё театр, друзей, он был моей семьёй, я всегда могла рассчитывать на его поддержку, его совет, его любовь. Я была уверена в нём более, чем в себе. Но что-то всё же было не так. И я знала что именно: Игорь не хотел детей. Он был замечательным семьянином и мог бы стать прекрасным отцом, но после моей неудачной беременности, он делал всё, чтобы следующая не наступила.
"Женщина, у которой нет детей, не может быть счастлива; мало любить, нужно, чтобы любовь была освящена".