Миновав несколько кварталов, я вбежала в тёмную арку, прижалась спиной к холодной стене с выбоинами, опустилась на корточки и разрыдалась. Не знаю сколько это длилось, помню только, что ко мне подошла какая-то старушка, погладила по голове и пошла дальше.

На меня эта ласка подействовала странным образом: я успокоилась, но впала в состояние оцепенения. Я встала, достала из сумочки платок, вытерла глаза и собиралась выйти из арки, как вдруг раздался звук лязгающих тормозов, я увидела алый силуэт автомобиля, четыре кольца на бампере и потеряла сознание. Время от времени я приходила в себя, я помню, как меня укладывали на носилки, как везли в операционную, подозревая серьёзные последствия от аварии. Но всё более-менее обошлось. И на том спасибо.

* * *

"Больная Дубровская, к Вам посетитель", - голос медсестры был всё такой же металлический, без единой эмоции. Кто бы это мог быть? Неужели Артём Евгеньевич не сдержал обещания и всё рассказал Сергею?

В дверь постучали, я что-то промямлила в ответ. На пороге стоял незнакомец. Я с удивлением рассматривала гостя. Высокий, темноволосый, лицо бледное, узкое, костюм дорогой, насколько я могла судить. Вероятно от Армани: видела такие же в бутике на позапрошлой неделе. Что нужно этому пижону от контуженой хромоножки, коей я являлась в настоящий момент? Ответ я получила незамедлительно. - Здравствуйте, Жанна. Можете запустить в меня вон той ужасной вазой на Вашем столике, но я именно тот негодяй, благодаря которому Вы здесь. - Ну зачем же вазой. И потом, здесь очень мило. Только скучно. Никто, знаете ли, не приходит. Вы - первый. - Простите меня, Жанна. Я очень сожалею о случившемся. Если я в состоянии что-либо сделать для Вас - я готов, только скажите. - Поговорите со мной, а то я здесь совсем одичала. Медсестра ходит, точно немая, сегодня впервые услышала её голос. Приятный? - в глазах гостя сверкнуло лукавство. - Скажем так: полностью ей подходит.