Как он мог упустить главное в погоне за карьерой? В рекламном мире его называли волшебником, потому что ему удавались самые сложные проекты. Его рекламные кампании отличались высоким уровнем, в них использовались самые последние достижения, они были прекрасно продуманы. «Произведение искусства» — такую оценку дал один восхищенный деловой аналитик в центральной газете. Но в своей семейной жизни Мак отнюдь не был волшебником. Он был скорее разрушителем.

Мак молчал, и Тару это удивило. Ей показалось, что в его глазах снова появилось беспокойство, и прежде чем успела подумать над своим действием, она дотронулась до его колена.

— Ты опять нахмурился, — сказала она. — Что такое. Мак? О чем ты думаешь?

Взглянув на ее изящную белую руку на своем колене, Мак с трудом перевел дыхание. Откуда ей знать, что ее прикосновение сжигает его, причиняет боль, и ее не утолит ни новое прикосновение, ни близость. Только искупив эту ужасную пятилетнюю разлуку, он сможет обрести покой.

— Я решил поехать в путешествие.

— О! — Тара резко отдернула руку, как будто ее ужалили. Разочарование и боль сдавили ей горло.

Чтобы скрыть свое смятение, она стала перелистывать журнал, лежавший у нее на коленях, но текст и картинки расплывались у нее перед глазами.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

Ее сердце забилось, как бывает, когда нечаянно оступишься.

— В путешествие? Куда?

— В Ирландию. У моего друга там дом, совсем рядом с морем. Я не гарантирую хорошую погоду, зато у нас будет достаточно времени побродить по пляжу и заново узнать друг друга. — Он испытующе посмотрел на удивленную Тару.

— Когда ты думаешь ехать?

Он вздохнул с облегчением. Она не сказала бесповоротное «нет».

— Завтра или послезавтра. — Он считал, что ехать надо как можно скорее.

— И надолго? — Тара накручивала на палец прядь волос.

— На сколько захотим. Дом будет свободен до Рождества.