— Веснушки бывают только у людей с очень светлой кожей, — довольно лаконично заметил Ламуан.

Ричард усмехнулся:

— Но Валентина была усыпана ими. Не лицо, а одна сплошная веснушка! Я думал, мы так и не узнаем, какого цвета у нее кожа. — Он ущипнул ее за розовую мочку уха, полуприкрытую локоном медового цвета. — Когда я возвращусь, ты должна пожить с нами в Бледонс-Роке, Вал. Моя матушка в последнее время порядком сдала, но она всегда бывала рада твоему присутствию в нашем доме. Думаю, она находила тебя полезнее Роксаны, — добавил он с натянутой улыбкой. — А теперь я собираюсь отправить тебя домой на такси. Гастон, — обратился он к своему другу, — не проводишь ли до дома мисс Шоу? Насколько я знаю, она живет где-то неподалеку.

В машине Валентина заговорила о том, что занимало ее с того самого момента, когда она поняла, кто такой ее спутник.

— Вы — доктор Ламуан, психотерапевт, верно? Я знакома кое с кем из ваших бывших пациентов.

— Вот как?

— Женщина. У нее был сильный нервный срыв.

— В наши дни такое случается с многими, как с женщинами, так и с мужчинами. Слишком много стрессов.

Ей почему-то пришло в голову, что он мог бы сопровождать Ричарда в Бразилию. В любой экспедиции требуется доктор, и если он друг Ричарда, то, несомненно, разделяет его интерес к подобного рода приключениям.

Но Гастон покачал головой, когда она спросила его, не покидает ли и он Лондон на будущей неделе.

— Нет, — с легкой улыбкой ответил он. — Друзья Ричарда не столь богаты, как он. Многие из нас вынуждены весьма прозаическим образом зарабатывать себе на жизнь и выполнять определенные обязательства перед другими людьми. А Ричард свободен как птица, ничем не связан, и я не виню его за то, что он отправляется невесть куда, потому что ему этого захотелось.

— Не думаете ли вы, что ему было бы неплохо остепениться? Скажем… жениться?