Миссис Даффи опять передернула плечами:

— Об этом я не беспокоюсь. Слава Богу, мне не приходится бедствовать. Живу в собственном коттедже, имею небольшой счет в банке, да и Стерн время от времени подбрасывает понемногу.

— Вам известно, когда он возвращается? — спросила Валентина.

Лицо миссис Даффи прояснилось, она с довольным видом ответила:

— О да, известно! Двадцать четвертого… В день летнего солнцестояния. Особняк уже готовят к его приезду, все приводят в порядок и подновляют сверху донизу. Я даже слышала, что вывозят кое-что из старой мебели, а взамен доставляют новую. Мистер Стерн приедет не один, а с гостями. Он нанял нового дворецкого, да еще в помощь мне нужно подобрать пару девушек, если удастся найти подходящих.

Валентина почувствовала, как у нее заколотилось сердце.

— Нынче девушки не любят работать горничными. Они предпочитают устроиться на консервную фабрику в Литл-Хардстоун.

Валентина отвернулась и подошла к камину, напуганная тем волнением, которое охватило все ее существо при одном лишь упоминании о том, что Ричард возвращается двадцать четвертого. За все эти годы она должна была раз и навсегда вычеркнуть Ричарда из своей жизни, и, если теперь ей предстоит встретиться с ним, это нисколько не должно ее тревожить. Ей просто будет приятно, убеждала себя Валентина, снова увидеть его и поздороваться, спокойно глядя ему в лицо и приветливо, непринужденно улыбаясь. «Ричард, Ричард! — воскликнет она радостно, как подобает старому верному другу. — Как это замечательно! Я часто думала о вас, надеялась, что мы скоро увидимся снова и вы мне расскажете обо всех своих необыкновенных приключениях!»

На самом же деле стоило ей представить их встречу, как у нее едва не подкосились ноги. Если он окинет ее насмешливым взглядом, как это часто бывает, она решит, что его забавляет тайна, которую он прочитал на ее лице. А если он будет в окружении гостей, в том числе женщин, то и не взглянет на нее, ибо она всегда значила для него не больше, чем охотничья собака из здешней своры, оставленная на попечении местного ветеринарного врача. Или кошка из конюшни, которой он позволил окотиться в своей туалетной комнате.