Блэр усмехнулась, оценив парадоксальность ситуации.

— Нью-Йорк — большой город, — заметил Мэтт, будто прочитав ее мысли.

— Разумеется, — ответила Блэр.

— Сожалею, что такое случилось с твоим отцом.

Блэр сразу замкнулась.

— Право же, мне жаль, Блэр. Он был хорошим человеком. Его любили и уважали. Потерю чувствуют все в городе.

Блэр кивнула. Говорить она не могла. Она боялась заплакать и не хотела этого. Она не хотела плакать при нем и особенно при своей дочери. Линдсей следовало защитить любой ценой.

— Они ждут тебя? — прервал ее мысли баритон Мэтта.

Блэр встретила его взгляд:

— Думаю, да.

Она поняла, что он имеет в виду ее сводную сестру и Джейка.

— Вчера вечером позвонил адвокат Рика. Я не понимаю, Мэтт. У меня не укладывается в голове: как такое могло случиться? Рик ведь с рождения ездил верхом.

Рука Мэтта протянулась к ее руке, дотронулась до нее простым сочувственным жестом. Блэр тотчас же отпрянула. Ей показалось, что он покраснел.

— Я собираюсь подвергнуть труп аутопсии, — сказал он.

В течение минуты, показавшейся ей вечностью, Блэр смотрела на Мэтта, изо всех сил пытаясь понять.

— Вскрытию? Поверенный говорил что-то о том, что Рик упал с лошади и стукнулся головой. Это же был несчастный случай.

— Как ты сама сказала, Рик с рождения сидел в седле.

Блэр снова посмотрела на него, потом спросила:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Пока немногое. И не теперь. Но я настаиваю на аутопсии.

Их взгляды снова встретились.

Для Блэр это было уже слишком. Она снова скользнула на сиденье машины. Мэтт закрыл за ней дверь.

— Езжай помедленнее, ладно?

Блэр кивнула. Он наклонился к ней.

— Хорошо, что ты снова здесь, Блэр. Только мне хотелось бы встретиться с тобой при других обстоятельствах.