— Куда же мы отправимся теперь? Потанцевать? Или вы предпочитаете кабаре?

(Вот, значит, в чем дело — «иллюзия влюбленности»! Оказавшись наедине с ней, мистер Дервент, должно быть, подумал: «Назвалась груздем… Она получит свой романтический вечер, или я докопаюсь до причин всей затеи!») Мери облизнула губы, испытывая неприязнь к нему.

— Ни то ни другое, мистер Дервент. Вы уже были слишком добры ко мне, действительно пригласив пообедать, и сейчас я хотела бы попасть домой. Вы и без того очень добры.

— Стоит ли так резко жать на тормоза, — возразил он, — тем более что чувствуете себя в чем-то передо мной обязанной?

— Обязанной перед вами?

— Именно. В конце концов, это вы вмешались в мои планы на вечер, а не наоборот.

— Но… вы же сказали, что это вас нисколько не стеснит!

— Да и не стесняет. Но если угодно, я вполне способен заполнить свой вечер в лондонском Вест-Энде. — Он показал Мери на часы. — Девять тридцать… Не совсем «колдовской час», не так ли? Даже, — его губы тронула ироническая усмешка, — Золушкам не время бежать с бала!

— Я и не претендовала на роль Золушки на балу!

— Извините. Мисс Незаменимость — так будет точнее, верно? — Замолчав, он отвернулся от Мери и положил руку на рычаг передач. — Хорошо. Я отвезу вас домой.

Но Мери решила не уступать победу. Не глядя на мистера Дервента, она попросила:

— Нет, пожалуйста… Мы поедем куда-нибудь в другое место, если хотите.

Немного помолчав, он обронил:

— Я не могу принять от вас этой жертвы!

— Это… никакая это не жертва. Мне действительно хочется сходить с вами еще куда-нибудь, — возразила она, стараясь не замечать насмешку, прятавшуюся в его замечании.

Мистер Дервент включил зажигание: