4

Вся уверенность Энни куда–то улетучилась, как только девушка оказалась в солидном кабинете мистера Кроуза и увидела его, сидящего за огромным столом.

Сначала она намеревалась отправиться к Алексу домой тем же вечером и побеседовать в неофициальной обстановке, но адрес и телефон, которые Алекс оставил миссис Коннинз, оказались рабочими. Секретарь посоветовала Энни подождать до понедельника.

Весь вечер Энни переживала, как перед экзаменом, всю ночь ворочалась и представляла, что же будет, когда первая из его любовниц получит корзину цветов с чужой открыткой.

Когда утром Нора поглядела на дочь, сидящую за кухонным столом с опухшими от бессонной ночи глазами, она просто протянула ей чашку кофе и, ни слова не говоря, отправилась к своим четвероногим гостям.

И славно. Энни была совершенно не готова ни к каким разговорам. Тем более она была не готова отвечать ни на какие вопросы.

У Энни совершенно не прибавилось оптимизма, когда она увидела, какой недоступный вид придает Алексу строгий деловой костюм, светлая рубашка и галстук сдержанно–серого цвета. Трудно было представить, что в нерабочее время этот солидный джентльмен разгуливает в джинсах и заботится о мартышках.

Зато он был абсолютно спокоен и не выглядел как человек, чья личная жизнь только что полетела в тартарары. Это утешало.

Энни сделала глубокий вдох, постаралась успокоиться, поправила прическу и шагнула по направлению к столу Алекса. С как можно более беззаботным видом она приветливо кивнула и начала:

— Мистер Кроуз…

— Алекс, — поправил ее хозяин кабинета, пристально разглядывая Энни и не поднимаясь со своего удобного кожаного кресла.

Что же он сегодня не так любезен, как вчера в гостинице? Нельзя сказать, что Энни стало бы легче сделать то, зачем она пришла. Но все же общаться с ним было бы немного приятнее.