Вайолетт распахнула дверь в туалет, подошла к умывальнику и включила холодную воду. Такое умывание обычно помогало успокоиться. Ей нужно быстро прийти в себя. Ведь Сэм Крейк неотразим. В нем чувствовалась та звериная притягательность, которая способна заставить даже самую благоразумную женщину забыть о каких бы то ни было рамках приличия… С инстинктами не поспоришь.

Вайолетт закрыла кран, промокнула лицо бумажным полотенцем и принялась изучать свое отражение в зеркале, пытаясь непредвзято оценить шансы на успех. Итак, выглядит она довольно молодо, хотя вокруг глаз уже наметились морщинки. Но какое же все-таки невзрачное лицо! Серая мышка, да и только! И успокоиться никак не получалось: щеки все еще пылали, глаза горели… Что ж, нельзя же стоять тут вечно? Надо идти, и будь, что будет!

Вайолетт вздохнула и поправила неброский макияж. Да… большой вопрос, сможет ли она работать с человеком, который вызывает у нее столь бурные эмоции. Его близость не даст ей сосредоточиться, взять себя в руки и спокойно заниматься делом. Не говоря уже о том, что как руководитель Сэм Крейк будет требовать полного подчинения своей воле. А Вайолетт так плохо умела приспосабливаться…

В ту минуту, когда новый шеф вместе с мистером Барфилдом появился перед сотрудниками, нервы ее уже были на пределе. Сейчас же предстоящий ужин с Сэмом заставлял ее волноваться еще сильнее. Похоже было, что сегодняшний вечер станет хорошей проверкой возможности их совместной работы. И ее благоразумия тоже.

Вайолетт Нильсон не была трусихой, но так же не считала себя и мазохисткой, чтобы получать удовольствие от собственных страданий. С Робертом они расстались, потому что тот не соответствовал ее представлениям о настоящем мужчине. Новый шеф мог бы дать то, чего ей не хватало в бывшем возлюбленном. Если бы, конечно, захотел… Но он был способен причинить и куда больше страданий.