— А есть ли вообще женщина, которая во всем будет тебя устраивать, Видалл? Я сомневаюсь.

— Время покажет, милая. И хватит нравоучений!

Видалл открыл перед Леони дверь их комнаты и сразу направился в спальню. Ей ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Сейчас девушка скорее бы заснула на стуле, чем стала бы делить постель с мужем. Но, судя по его настроению, вряд ли он одобрит это ее намерение.

— Папе обязательно приезжать на церемонию, на которой настоял твой отец? — спросила Леони, как только он снял свой пиджак.

— Да. Он ведь твой единственный родственник. У тебя есть возражения?

— Нет! — вздернув подбородок, ответила Леони. — Ты ведь не оставил мне выбора!

— Мой отец просто хочет знать о тебе и твоей семье больше, чем ты рассказала.

— Включая историю, из-за которой я, собственно, и вышла за тебя замуж?

— Единственный человек, который может поднять эту тему, — твой отец, — наградив жену ироничным взглядом, констатировал Видалл. — А я сомневаюсь в этом. Могу тебя заверить, Стюарт навсегда запомнил этот урок. А если ты боишься, что моя семья плохо примет его, то не переживай, — улыбнулся он. — Сантосы всегда уважительны и гостеприимны.

— Неужели? — усомнилась Леони. — Разве твоя мать сможет когда-нибудь смириться с тем, что женой ее единственного сына стала англичанка?

— Возможно. Для этого должно пройти время. Он полюбит тебя, как только ты проявишь себя.

— Каким образом?

— Это зависит только от тебя, милая.

— Как долго мы здесь пробудем?

— Не дольше, чем это необходимо.

Видалл снял рубашку и аккуратно повесил ее на спинку стула. Что-то дрогнуло внутри Леони, когда он начал расстегивать брюки. Возможно, когда-нибудь настанет время, когда он не будет вызывать в ней такие чувства, просто раздеваясь. Но, очевидно, до этого момента еще далеко.