В его мыслях сын всегда был маленьким темноволосым мальчуганом, со светло-голубыми глазами и яркой улыбкой. И он всегда был счастлив и весел.

Дверь открылась, и, оглянувшись, Бен увидел вошедшую в кабинет миссис Смит.

Как всегда, она спасла его от болезненных воспоминаний.

Он отпустил штору, позволив ей снова закрыться.

– Ваша гостья уже в своей комнате. – Сказала миссис Смит.

– Благодарю вас.

– Вам что-то еще нужно?

– Нет, ничего. Хотя, постойте, есть. Мне нужно, чтобы помогли мне обойти дом и избавиться от всех спиртных напитков.

Она нахмурилась.

– Позвольте узнать, зачем?

– Она настояла на том, что пока она здесь живет, я не возьму в рот ни капли спиртного. Она решила, что я страдаю алкоголизмом.

– И вы позволили ей поверить этому?

– Совсем не имеет значения, чему она верит, главное, чтобы ей здесь было удобно. Так что, пожалуйста, выполните мою просьбу.

И хотя миссис Смит выглядела недовольной, она все же не стала спорить.

– Хочу вам напомнить, что мне совсем не по душе этот ваш договор.

– Я прекрасно это знаю.

Она не любила Жанетт, но они научились ладить вместе. Она защищала его, и считала, что ни одна женщина недостойна, быть рядом с ним.

– Я понимаю, что вы все еще чувствуете себя виноватым, Бен, но это не было вашей ошибкой.

Он не спрашивал ее, что она имела ввиду.

Хоть она никогда ему не говорила, он знал, что она всегда считала Жанетт испорчено и эгоистичной.

Ее карьера только что началась, когда она узнала, что беременна. И перспектива стать матерью ее скорее очень расстроила, чем обрадовала. Она боялась, что это отрицательно скажется на ее карьере киноактрисы. Пару раз она даже говорила об аборте, но к счастью он сумел отговорить ее от этого.

В то время он был уверен, что когда придет время, она будет радоваться материнству. По крайней мере, он на это надеялся.