Ее мать долгие годы пыталась заставить богатого отца Тесс признать девочку своей дочерью.

И поэтому она была абсолютно уверена, что Бен будет драться до последнего.

– Я предполагала, что ты потребуешь этого. Доктор сказал, что тест можно сделать на следующей неделе, когда мне будут делать ультразвук.

– Прекрасно. Я свяжусь со своим адвокатом.

– Ты мог бы пойти вместе со мной, если хочешь. – Сказала она, притворившись, что ей не важен его ответ. Она хотела, чтобы они были в мире друг с другом.

Ведь это был е только ее ребенок, но и его. Возможно, они смогли бы стать хорошими друзьями.

– Пойти куда? – Спросил он.

– К доктору. Чтобы увидеть ребенка.

Темная тень промелькнула на его лице. Он словно захлопнулся перед ней, и его глаза полыхнули гневом.

– Давай сразу кое-что проясним. Если это мой ребенок я буду заботиться о нем материально, но никогда не стану частью его жизни.

Она отступила назад, ударившись о дверь. Он надвигался на нее, заполняя вокруг все пространство. Если он хотел ее напугать, то преуспел в этом.

И он знал это.

– Ты напугана? – спросил он, подходя ее ближе, и оперся руками о двери с обеих сторон ее головы.

Черные волосы еще больше скрыли его лицо в тени, но она видела, как его взгляд пронзительно изучает ее.

И от этого по ней пробежала холодная дрожь.

– Ты была совсем не против того, чтобы остаться со мной в этой комнате, той ночью. И произвела на меня впечатление своей страстностью.

Отказываясь признать свое поражение, Тесс сверкнула глазами.

Она почти забыла, насколько красивым мужчиной он был. Но возможно, этого следовало ожидать от отпрыска двух великих американских актеров, номинированных Академией.

Его запах был тоже приятен. В воздухе витал аромат одеколона и свежее вымытого мужчины, еще выше подстегивая напряжение между ними.

Боже, этот человек ее снова возбудил? Нет, это, наверное, все ее взбесившиеся гормоны.