И чего это он лыбится так издевательски?!

— Меня уже давно так никто не называет… мистер Бранд. Чем могу помочь?

— Ого! Прощения просим, мисс Февершем. По дурости и серости своей исключительно сболтнул-с!

Нет, в язвительности ей с Мортом не тягаться. Мало кому это удавалось раньше — теперь и подавно. Раньше он был просто молодым парнем — теперь, судя по костюму и обуви, стал настоящим джентльменом…

К семейству Февершем он всегда относился, как к компании, сбежавшей из сумасшедшего дома. Терпеливо, ласково, с легкой иронией и неизменным вниманием. Прямая насмешка исключалась — только тень улыбки на красивых губах…

…которые целуют — как будто сама ночь ласкает твои губы нежным прикосновением теплого ветра…

Заткнись!!!

— Прости?

— Это я не вам.

Это она внутреннему голосу, который совершенно не к месту расчувствовался и принялся напропалую вытаскивать из закромов памяти то, что стоило бы там похоронить навсегда…

— Прошу меня извинить, мистер Бранд, но я кое-кого жду, так что если вам ничего не нужно…

Морт оперся о притолоку и промурлыкал наисладчайшим из всех возможных голосов:

— Надеюсь, вы уже собрали вещички, мисс Февершем?

Люси опешила и уставилась на него во все глаза. Что это он несет? Хотя в деревне — смотри выше — наверняка все разболтали, учитывая, что Морт Бранд не чужой человек, родился здесь, здесь вырос, да и с семьей Февершем его связывало…

Не думать! Не вспоминать! Нельзя! В огне ее пылающей души сгорали бумажные замки и рушились песчаные крепости… Фу, пошлость какая!

Без отступления не обойтись.

Февершемы принадлежали к одному из древнейших семейств Англии. Предки-крестоносцы, жалованные грамоты от многочисленных монархов и все такое. Насколько Люси помнила, у ее отца даже была привилегия не вставать, когда королева входит в зал Парламента…