— Идем, Джон. У нас в запасе целый час и пятнадцать минут, — настойчиво сказала Лиз.

— Но… — Брэнди, по-видимому, решила еще раз напомнить о сэндвичах, но Джон не обратил на нее внимания. Он ловко сбросил белый халат и схватил свою коричневую шерстяную куртку.

— Это самое приятное предложение из всех, какие я получил сегодня. — Его красивое лицо расплылось в улыбке. — Мне, правда, остается только надеяться, что ты побогаче меня, потому, что у меня с собой ровно тридцать два цента.

— У меня нет ни гроша, но я взяла одну из твоих кредитных карточек, — произнесла Лиз, усмехнувшись.

— Ты, как всегда, неподражаема. — Джон взял Лиз под руку, и они вышли из приемной.

— До свидания, Брэнди. Было приятно познакомиться. — Лиз любезно улыбнулась в лицо девушке, на котором застыла гримаса разочарования. Она почти жалела ее. Растерянность Брэнди казалась ей даже трогательной.

— Я поведу, — предложила Лиз, когда они подходили к служебной стоянке, где их поджидала коричневая с откидным верхом машина, — а ты сядь сзади и расслабься, пока мы не приедем.

— Расслабиться? Когда ты за рулем? — запротестовал он, выходя на пешеходную дорожку.

— Ах ты, женоненавистник! Прекрасно знаешь, что я еще ни разу не попала в аварию.

— Вот это меня и беспокоит. — Он откинулся на переднем сиденье, закрыл глаза и потер переносицу своими тонкими пальцами.

Лиз скользнула за руль и повернулась к нему. Она видела, как он утомлен, и волна нежности охватила ее.

— Устал?

— Не знаю, как сказать… — выдохнул Джон, — по-хорошему устал. Помнишь вызов вчера ночью? Это был не синдром Рейе, ребенок теперь уже вполне здоров, и, надеюсь, сегодня я ужинаю дома. Я развалюсь в кресле, положу ноги на пуф и буду смотреть футбол.

— Конечно, папочка. — Лиз потонула в его неподвижном теле, обхватила его за плечи, и, когда грудь ее коснулась его стальной груди, ею вдруг овладело страстное желание. Она жадно впитывала его участившееся дыхание, однако он не произвел ни малейшего движения, глаза его все еще были закрыты, а мышцы расслаблены.