Сейчас начнется, подумал Фокси.

— Да, миссис Туна…

— Всегда удивлялась, что у вас за работа такая, что вы просыпаетесь так поздно…

— Ну…

— И вам так мало платят…

— Я…

— К тому же еще и задерживают…

— Миссис Туна… — умоляюще посмотрел на нее Фокси.

Этот взгляд обычно сражал всех женщин, от мала до велика. В детстве Фокси тренировался на своей матери. Действовало безотказно. С тех пор все женщины, глядя в честные и наивные глаза Фокси Данкана, начинали чувствовать себя мамочками, которым, что вполне естественно, становилось жалко маленького Фокси.

Но миссис Туна не была и не собиралась становиться матерью. Так что Фокси напрасно старался. Ее взгляд — скорее, пираньи, нежели тунца, — впился в него так, что Фокси уже чувствовал себя съеденным заживо и даже переваренным луженым желудком миссис Туна.

— Да-да, я знаю, что вы хотите мне сказать, мистер Данкан… — Дебора Туна, очевидно устав держать на ногах свое стофунтовое тело, зашла в узенькую прихожую и, угнездившись на табуретке между шкафом и дверью, как сова в дупле, воззрилась на Фокси своими выпуклыми глазами. — Вам снова задержали аванс, и у вас нет денег, чтобы выплатить мне долг и заплатить за следующий месяц. Мистер Данкан, скажите честно, вы думаете, я собираюсь заняться благотворительностью? — Уж этого Фокси точно не думал… — Думаете, я буду до бесконечности прощать вам долги, которые вы, как я поняла, не собираетесь погашать?

— Ну что вы, миссис Туна… — Фокси постарался переключить регулятор своего обаяния на «максимум». — Ничего я такого не думал. Просто, видите ли, у меня сейчас не самое легкое время. Но я обещаю вам, что со следующего месяца…

— Значит, уже со следующего?

— Что со следующего месяца, дорогая миссис Туна, я буду платить вам как исправный… нет, как самый ответственный из квартиросъемщиков.