— Вот-вот. Заодно вспомним прошлое. Начнем, где кончили двенадцать лет назад.

— А что скажем Бренту?

Они уже были у бара.

— Брент? Брент… Имя вроде знакомое… Кто же это такой?

Дон слабо улыбнулась:

— Мой муж, твой друг. Между прочим, ты сегодня у него в гостях.

— Ах, этот… — Скотт продолжал улыбаться, но тепло из его глаз вдруг ушло. Он налил ей коньяку, взял под руку, снова повел к балкону, не обращая внимания на любопытные взгляды и шушуканье гостей, — они уже знали о телефонном звонке.

— Я не люблю коньяк, ты же знаешь! — Дон слегка оттолкнула его руку с рюмкой.

— Выпей! — Скотт был неумолим.

— Бандит! — прошипела она, наблюдая, как он ухмыляется. — Ну, разве только за компанию… — Охотнее всего Дон вылила бы это пойло в ближайший цветочный горшок, но понимала — он не отстанет. С тяжелым вздохом она поднесла рюмку к губам. И как ни странно, коньяк ей понравился: почти сразу же по всему телу разлилось приятное тепло.

— А теперь рассказывай, что случилось, — нахмурившись потребовал Скотт.

— Брент разбил машину где-то за городом. Сегодня уже не приедет.

Черт бы его побрал! На мгновение Скотта охватила бессильная ярость.

— Вот что я тебе скажу. — Он попытался придать голосу непринужденно-веселую интонацию, но далось ему это с трудом. — Прежде всего давай избавимся от этого сброда, а потом я покатаю тебя на моей красной птичке.

У Дон полегчало на душе.

— Ты самый лучший друг, какого только можно желать, — ласково произнесла она. — Всегда так трогательно ко мне относишься…

— Вовсе не из высоких мотивов, — отшутился он. — Просто приятно немного побыть наедине с самой красивой женщиной на свете. А еще похвастаться своей новой игрушкой.

— После таких комплиментов никто не откажется. — Дон бросила взгляд на толпящуюся компанию, потом посмотрела на Скотта: — А как быть с ними?