– Нет.

– Тогда могла бы и мою фамилию увидеть... Ты же только свою искала.

– Да! Только свою! – В ее голосе звякнули остервенелые нотки.

Максим промолчал. Как будто ему не о чем было говорить с ней. У нее своя жизнь, у него своя.

Он ускорил шаг, и Майя отстала. Но нагнала его у фонтана на главной университетской аллее.

– Макс, ну чего ты злишься? – уязвленно спросила она.

– Я не злюсь, я радуюсь. Я же поступил... Будем теперь мозолить глаза друг другу.

– Это плохо?

– Да нет. Передай своему Семе, пусть за тебя не беспокоится. С моей стороны ему ничего не угрожает. Потому что нужна ты мне, как собаке пятая нога!

– А я думала, что ты драться будешь, – огорошила его Майя.

– Что?! – останавливаясь, в праведном возмущении протянул он.

– Я тебе что, правда больше не нужна? – обиженно выпятив нижнюю губку, спросила она.

– Ты спишь с ним? Спишь! Ну и спи дальше!.. Сука!

Он повернулся к ней спиной и стремительно зашагал прочь от нее.

– Ну и козел! – донеслось ему вслед.

Драться за нее... Максим презрительно усмехнулся. Много чести драться за эту сучку!.. Но драться он будет. Обязательно будет. Сейчас он сходит домой, переоденется и отправится на тренировку. Сегодня у него по расписанию вольная борьба. Оказывается, в сочетании с боксом – это грозное оружие...

– Ты, урод! – донеслось откуда-то сбоку.

Максим резко остановился, повернулся на голос и увидел Семена.

Этот громила, похоже, продолжал умственно деградировать. Зато прогрессировал физически. За месяц, что Максим не видел его, он заметно раздался в плечах. Бычья шея, бицепсы и трицепсы, как у разогретого культуриста. Свирепые глаза, злобный оскал... И был он не один. Рядом с ним стоял такой же бритоголовый амбал. Латунные цепи, майки, спортивные штаны, на ногах – боты с тяжелыми прочными носками.