– Брось, они все примерно одинаковые. Выбрала мало-мальски симпатичного – и вперед с песнями!

– Наверное, я соглашусь, но лишь отчасти. В анкетах у них отличные фотографии, но это еще ничего не значит. Когда мы начинаем переписываться, они тоже кажутся нормальными, пока дело не доходит до встречи вживую. Я ведь рассказывала о некоторых, – засмеялась Эми. – Помнишь Билла, который, предложив мне вторую порцию мороженого и услышав отказ, удивился: «Не хочешь на халяву?».

На том конце трубки дипломатично похихикали.

– Или Теда, заехавшего за мной на глохнущей машине? Я всю поездку по городу, окутанному туманом, съеживалась на сиденье до размеров мягкой игрушки! А джентльмен, который на наше первое свидание в пабе умудрился пригласить и давно не виденного друга? Весь вечер скучала над блинчиками, пока они стучали пивными кружками.

– Эми, золотце мое! По-моему, ты сгущаешь краски. Неужели нормальные мужчины тебе совсем не попадались?

– Один такой положительный во всех отношениях, спортивный и увлеченный, позвал в кино на поздний сеанс. А после фильма, вместо того чтобы ловить машину, как было условлено, и везти меня домой, пригласил к себе на ночлег. Естественно, я отказалась, и он преспокойно наблюдал, как я ухожу пешком по ночной Хай-стрит. Попросил лишь отзвониться, когда доберусь до квартиры.

– И что, на этом озабоченном и невменяемом персонаже закончились все симпатичные ребята Эдинбурга?

– Нет, конечно были и еще приятные мужчины… – Эми припомнила жгучего брюнета, удивившего обстоятельностью подхода к вещам, любовью к активному отдыху и подробнейшим письмом. Она не смогла отказать во встрече, и брюнет позаботился о каждой мелочи романтического свидания…

Но именно этим вечером, проведенным в уютном ресторанчике, когда брюнет уже усаживал Эми в машину, ее вдруг остро накрыло безнадежное ощущение, что все это ей совсем не нужно. Не нужно, чтобы абстрактный – а не желанный – мужчина открывал перед ней дверцу, нежно смотрел на нее через стол, заказывал мартини на колотом льду и привозил красные розы.