В этот момент Женя еле слышно спросила:

- Может быть, он... Нечаянно?.. Тогда...

- Разберемся, - сдержанно пообещал следователь и, поблагодарив, ушел.

Словом, все тут было ясно и преступника вот-вот должны были задержать. Правда, оставалось непонятным, зачем, почему он совершил такое страшное преступление. Но после его задержания и это неминуемо должно было выясниться.

Так и было в тот же вечер доложено по всем милицейским инстанциям и, естественно, включено в суточную сводку происшествий по городу, которая на следующее утро обсуждалась на оперативном совещании в кабинете начальника МУРа.

- Ну, теперь с этим наездом, - недовольно сказал генерал. Преступление серьезное. Кто из наших выезжал на происшествие?

Он посмотрел на Цветкова.

Федор Кузьмин потер ладонью ежик седеющих волос на затылке, что всегда означало у него крайнее недовольство, даже сердитость, и сухо доложил:

- Шухмин.

- Машину на выезде из города не задержали?

- Нет.

- Поздно город закрыли, - заметил кто-то из начальников отделов, проскочила.

- По трассе дали указание? - спросил генерал.

- Так точно, - кивнул Цветков. - Сразу же.

- Гм... - с сомнением покачал головой генерал. - За ночь они могли хорошим ходом уже Орел миновать. Это сколько же постов ГАИ, а? И ни один не среагировал.

- Я полагаю, - задумчиво сказал Цветков, вертя в руках очки, - водитель мог госномер сменить.

- Номера на дороге не валяются, - возразил генерал. - Выходит, у него с собой был? Он что ж, по-вашему, собирался заранее давить вахтера?

- Мог номер снять и с какой-нибудь машины в Москве. Темно уже было, когда удирал-то, - упрямо возразил Цветков.

- Погоди, погоди, Федор Кузьмич. Тут, выходит, еще одно существенное обстоятельство возникает, - генерал многозначительно поднял палец. Второй человек в кабине. Этот самый... как его?