Кайл покачал головой и только теперь заметил, что едва не проехал нужный поворот, отмеченный покосившимся знаком «Блэкфидд – 12 миль. Население – 11318 душ. Добро пожаловать».

– Отстали от жизни, ребята, – пробормотал Кайл. – Душ-то у вас поуменыпилось.

Он посмотрел на часы – почти половина седьмого – и пообещал себе никогда больше не садиться на мотоцикл и не возвращаться в город, который покинул в возрасте десяти лет.

По обе стороны узкой асфальтированной дороги тянулись зеленеющие поля. Где-то тяжело урчал трактор, над скрытой от глаз речкой вились птицы, у старого дома под сползшей набекрень крышей рубил дрова старик. Похоже, за последние четверть века здесь ничего не изменилось, подумал Кайл и тут же заметил знак прогресса – спутниковую тарелку на крыше. Оказывается, время не стояло на месте даже в этом захолустье.

Солнце уже нависало над горизонтом, когда он въехал в город по Кинг-Джеймс-стрит. Блэкфидд мог похвастаться целыми тремя гостиницами, одна из которых носила гордое имя «Мажестик». Но Кайл вовсе не горел желанием привлекать к себе ненужное внимание, а потому уже заранее решил, что остановится в «Фишермен инн», расположенной на тихой улочке в десяти минутах ходьбы от центральной площади Гэллоус-сквер.

В фойе за стойкой дремала женщина лет сорока пяти в неопределенного цвета платье и наброшенном на плечи шерстяном жакете. Звон висящего над входной дверью медного колокольчика не смог вывести ее из летаргического состояния, и Кайл, подойдя ближе, постучал по стойке костяшками пальцев.

– Извините, мэм…

– Что? – Женщина подняла наконец голову и равнодушно посмотрела на гостя. – Вы что-то сказали, мистер?