Джейн тяжко вздохнула. Знала бы заранее о таком соседе, ни за что бы не стала торговаться при покупке своего первого в жизни дома.

Сосед явно был алкоголиком. Но не тихим — а угрюмым мерзким пьянчугой. До такой степени отвратительным, что Джейн боялась выпускать кота, когда сосед был дома. Тем более что котик не ее, а мамин. Случись что-нибудь с Бу-Бу, пока она его опекает, — как посмотреть матери в глаза, когда родители вернутся из своего шестинедельного круиза вокруг Европы?

А сосед уже точит зубы на бедное животное — обнаружил отпечатки лапок на капоте и ветровом стекле своей машины. Можно подумать, что ездит на новеньком «роллсе», а не на разбитом десятилетнем «понтиаке»с дребезжащим бампером.

Ей еще повезло, что она уходила на работу, когда соседа не бывало дома. Вероятно, отправлялся за выпивкой. Потому что едва ли этот человек где-нибудь работал.

Когда сосед обнаружил на своей машине кошачьи следы, Джейн изо всех сил старалась показаться приветливой, что потребовало невероятных усилий после того, как он наорал на нее — его, видите ли, разбудили (в два часа дня!) ее гости. Однако сосед оставил без внимания улыбку Джейн. Он пулей вылетел из «понтиака»и заорал:

— Эй, леди, держите подальше свою кошку от моей машины!

Улыбка исчезла с лица Джейн. Она тотчас же пожалела о том, что решила любезничать с этим небритым красноглазым грубияном. Ей хотелось ответить какой-нибудь колкостью, но она сдержалась. Сдержалась, потому что не собиралась враждовать с соседом. Стараясь не повышать голоса, Джейн проговорила:

— Хорошо, я буду за ним присматривать. Это кот моих родителей. Мне его просто оставили на время. Так что он пробудет здесь недолго — всего каких-нибудь пять недель.