
– Последнее, – призналась она, хихикнув.
– Ммм... Когда я сидел рядом, вы едва не опрокинули стол, теперь, когда я приблизился к вам на полметра, вы уронили сумочку. Да, наверное, это из-за меня.
Он рывком потянул Кили на себя, и, вставая на ноги, она налетела на него. Совершенно неумышленно, конечно.
Да, его грудные мышцы так же хороши на ощупь, как на вид! Увидев блеск в глазах Лэклена, Кили впервые в жизни не пожалела о своей неуклюжести.
Когда он положил руки ей на бедра и улыбнулся так, словно она – единственная женщина в мире, у нее мелькнула мысль, что она бы с радостью спотыкалась, рассыпала содержимое сумок и опрокидывала столы каждый день.
– Чем же помочь беде?
– Вы врач, вам лучше знать, – прошептала Кили, чувствуя лихорадочное биение сердца. Лэклен сжал ее бедра, и электрический разряд пронизал Кили с головы до ног.
– Примите два поцелуя и позвоните мне утром.
Быстро соображай! Ответь легкомысленно и остроумно.
Однако Кили могла только стоять и с оцепенелым видом смотреть на Лэклена. Он перевел взгляд на ее губы, словно намереваясь последовать первой части своего совета. Когда Лэклен наклонился к ней и в его глазах она ясно увидела желание, сердце у нее дрогнуло.
Работа... задание... клиент...
Эти слова просочились в затуманенное сознание Кили, подействовав на нее как холодный душ. Она неохотно отвела глаза.
– Нет ничего удивительного в том, что вы пользуетесь популярностью, если всем прописываете такое лекарство, – слабо улыбнувшись, сказала она, глядя на его грудь.
Что он подумает о ней? Ведь она едва не позволила поцеловать себя. Если это непростительный непрофессионализм для новичка, то для...
Лэклен приподнял ее за подбородок.
– Не сомневайтесь в себе.
Какая проницательность! Кили начала сомневаться в себе в тот момент, когда уклонилась от поцелуя, и Брант понял это. Несмотря на яростные нападки, с которыми она обрушилась на него в эфире, приходится признать, что он знает свое дело. И если бы ему стало известно, почему она так ополчилась на него за советы, которые он давал девушке-подростку, страдающей избыточным весом, разве это не польстило бы его самолюбию?
