— Кофе? — предложил Гейб.

Присев на диван, Кэтрин положила портфель на колени и покачала головой:

— Нет, спасибо.

Он взял стул и сел напротив девушки, склонив голову набок и внимательно изучая Кэтрин. На ней был шелковый костюм цвета темного шоколада, который сверкал, обволакивая ее тело и демонстрируя, как сильно она похудела за последнее время. Кстати, это не пошло ей на пользу. Ноги были обуты в босоножки на восьмисантиметровых каблуках, состоявшие, казалось, из одних ремешков и завязочек. Она предпочитала такую обувь, чтобы казаться выше ростом, а весь ее облик явно был рассчитан на то, чтобы очаровывать… и отвлекать.

— Сколько лет, сколько зим, — заметил Гейб. — Ты изменилась.

— Хватит.

— Что хватит? — удивился он, подняв бровь и с ухмылкой взглянув на девушку.

— Раздевать меня взглядом.

Это была правда, хотя причину его, интереса она определила неверно. Гейб пытался понять, почему она похудела, однако решил скрыть свою озабоченность под дружелюбным подшучиванием:

— Ты наверняка будешь против, если я захочу раздеть тебя каким-либо иным способом.

Кэтрин через силу улыбнулась, но в тот же миг вновь стала серьезной:

— А как же твой девиз: «Бизнес и личная жизнь несовместимы»?

— Когда дело доходит до работы, я ни о чем другом думать не могу. — Он помолчал. — Но ты ведь не работаешь на меня, так?

— Вот уже три с половиной года.

Тень скользнула по его лицу.

— Не жалеешь о принятых решениях, а, Кэтрин?

Ему удалось уловить мелькнувшее на ее лице выражение беспокойства, прежде чем она вновь надела привычную маску безразличия.

— О некоторых — возможно. Но ты не это хотел узнать, верно? Тебя интересует, согласилась бы я начать все сначала. — Она помолчала. — Сомневаюсь. Некоторые вещи нужно просто пережить.